Золотой щит дал трещину. Китайская система цензуры не смогла скрыть массовых протестов — о чем это говорит?

Политика нулевого ковида — что это такое?

Политика нулевого ковида является одним из важнейших решений Си Цзиньпина за все его правление — еще в 2020 году он заявил о «народной войне» против коронавируса. Причем на ранних этапах пандемии она имела определенные успехи, что лишь укрепило представление китайских властей о том, что это идеальный вариант для борьбы с коронавирусом. Тогда Пекин активно пропагандировал идею нулевого ковида как альтернативу западному подходу к борьбе с пандемией.

Однако появление омикрона спутало для Китая все карты. Оказалось, китайские вакцины почти не защищают от нового варианта коронавируса, что привело к новой вспышке болезни. Ответ китайских властей? Еще более жесткие ограничения.

Даже если в каком-то городе фиксируются несколько случаев ковида — местные власти вводят локдаун. Начинаются массовые тесты на наличие болезни; люди должны находиться либо у себя дома, либо в специально выделенных общежитиях с не очень комфортными условиями; школы, бизнесы и магазины (кроме продающих еду) закрываются; привлекаются даже дроны, с помощью которых власти следят за масочным режимом и напоминают людям не выходить из дома без особой надобности.

Кроме того, страна почти не принимает туристов — все, у кого есть разрешение на то, чтобы покинуть и приехать в Китай, должны пройти дополнительный карантин. Поэтому большинство китайцев отказывается от любых путешествий (как и, наоборот — туристы не очень спешат в Китай). Недавно Китай открыл свои границы для иностранных туристов впервые с марта 2022 года, однако постоянная возможность попасть под очередной локдаун не способствует туристической популярности страны.

Цветные запреты

Из-за жестких условий повсеместных локдаунов десятки миллионов людей вынуждены жить в не очень комфортных условиях. Введенная правительством система цветных QR-кодов, помогавшая отслеживать контакты между зараженными и здоровыми людьми, раздражала людей все больше и больше. Над ней работали крупнейшие технологические компании Китая — Alibaba и Tencent.

Так, чтобы иметь доступ к магазинам, офисам, кафе, такси, автобусам и другим общественным местам, у человека должен быть зеленый QR-код. Он означает, что человек здоров и не имел недавних контактов с больными людьми.

Чтобы поддерживать свой зеленый код, нужно регулярно проходить тестирование, за которое в некоторых случаях еще нужно заплатить. Если этого не сделать, в приложении появляется tanchuang — «всплывающее окно», предупреждающее его владельца, что его «зеленый» статус вскоре сменится на желтый или красный, и он фактически потеряет право выходить из дома на семь или 14 дней соответственно. Чтобы этого не произошло — нужно снова проходить тестирование, хотя многие жаловались на то, что определенно четкого механизма изменения статуса нет.

Если же человек живет в части города, которая обозначена как «горячая зона» коронавируса, он должен находиться дома и ждать специальной проверки. Иногда это растягивается на дни и недели. Только после этой проверки человек может снова выходить на улицу.

В некоторых случаях местные власти слишком активно следуют политике нулевого ковида, и, чтобы предотвратить распространение болезни в городах, закрывают людей на фабриках и производствах, дабы те работали во время своего вынужденного карантина — даже если они не болеют. Нередко тысячи жителей одного ЖК могли находиться на семидневном карантине из-за нескольких больных среди них — зеленый код сменялся на красный, и люди должны были неделю сидеть дома без права выхода на улицу.

Издание NY Times проанализировало программный код приложения и обнаружило, что он отправляет данные пользователей в полицию. Для установки программы пользователь должен дать разрешение на использование личных данных — сразу после этого полиция получает информацию о местонахождении человека и его идентификационном коде. В то же время программа не сообщает о связи с полицией.

Однако со временем в китайском мессенджере WeChat и приложения Douyin (китайский аналог TikTok) начали появляться контент и сообщения о протестах, пишет NY Times. Это невиданное до сих пор явление, ведь в Китае выстроена едва ли не лучшая система наблюдения за интернетом, заточенная на удаление любого контента, противоречащего интересам партии.

По мнению специалистов, огромное количество фото и видео перегрузило автоматическую систему и армию цензоров, банально не успевавших за объемами контента. «Это невероятное нарушение большого молчания. Как только гнев вырывается на улицы, подвергать его цензуре становится гораздо сложнее», — говорит Сяо Цян, исследователь интернет-свободы Калифорнийского университета в Беркли. Он объясняет, что алгоритму гораздо труднее отфильтровать сотни демонстрантов, публикующих видео с разных ракурсов, чем одно вирусное видео.

Кроме того, люди активно используют фильтры или записывают видео на видео, сбивающее алгоритмы с толку.

Информация о протестах также расходится по другим каналам — например, через Twitter, доступ к которому в Китае закрыт. Протестующие массово пользуются VPN-сервисами (также запрещены), чтобы заходить в Twitter, которая быстро стала площадкой для информирования и координации протестов. Китайские власти разбудили свою спящую сеть ботов, которые начали активно публиковать спам-сообщения с порнорекламой, дабы заглушить популярные поисковые запросы типа Пекин или протесты тысячами сообщений, лишенных всякого смысла. Спецоперация не удалась — и уже спустя несколько часов информация о протестах, фото и видео активно расходилась среди пользователей сети.

Еще один плюс от западных соцсетей — они выступают репозиторием для контента, до которого не могут добраться китайские цензоры и удалить его навсегда. Поэтому, даже если какое-нибудь видео исчезает из китайского интернета, его можно снова найти, наложить новый фильтр и перезалить.

Следующие шаги Си

«Правящая Коммунистическая партия совершила ошибку, слишком доверившись своему репрессивному аппарату, чтобы ввести карантины», — пишет в своем эссе профессор государственного управления в колледже Клермонт МакКенна Минсинь Пэй. По его словам, антиправительственные протесты объединили разные слои населения Китая, чего не случалось уже очень давно.

Однако главным вызовом для режима является не сам факт протестов, пишет Пэй. «Вероятно, Си гораздо больше озабочен растущей усталостью и разочарованием среди рядовых партийцев, которые должны обеспечить нулевой COVID», — утверждает он. Ведь если чиновники начнут отклоняться от линии партии и будут меньше следить за соблюдением политики нулевого ковида, это может привести к еще большему распространению инфекции и, как следствие, еще большему недовольству властью и к новым протестам.

Сбои в системе цензуры сигнализируют о новом вызове для партии, поскольку она сталкивается с более открытой оппозицией, чем когда-либо за последнее поколение.

Один из бывших цензоров на условиях анонимности рассказал, что платформам WeChat и Douyin необходимо будет нанять в десять раз больше сотрудников, чем у них есть сейчас, чтобы контролировать распространение видео. Кроме того, китайским цензорам будет сложно обновить алгоритмы, чтобы они могли справиться с таким потоком отредактированных видео — по словам эксперта, на создание такого ПО уйдет «очень много» денег и времени.

Теперь перед Пекином стоит сложное решение: подавить протесты и продолжить свою очевидно неудачную политику нулевого ковида, чтобы не показать свою слабость перед оппозицией ценой экономики и терпения жителей Китая; или прислушиваться к людям и попытаться показать Си Цзиньпина лидером, который прислушивается к населению и может отказываться от непродуктивных методов.

Остается также задача со звездочкой — интернет-цензоры, очевидно, потеряли контроль над ситуацией, а знаменитый Золотой щит показал, что его можно пробить, зная, куда и как нужно наносить удары.

До сих пор Китай считался одним из немногих государств, которому удалось взять онлайн-пространство под свой контроль и фильтровать почти все происходящее. Теперь партии придется решать и эту задачу — что делать с неожиданной свободой для людей в интернете?