Египетская трагедия. Как пожар в Александрийской библиотеке парализовал человечество на 1000 лет
Фантазия ИИ по мотивам литографии А. Дадли Сожжение библиотеки в Александрии (Фото: NV)
Книгохранилище в Александрии считалось мозговым центром мира. Давайте разберемся, как работало это легендарное заведение, кто его уничтожил, и какие бесценные знания навеки исчезли в пламени.
Читальня в Храме Муз
Александрийская библиотека — это был отчасти политический проект, родившийся на заре эллинистической эпохи, примерно в 283 году до нашей эры или несколько позже.
После смерти Александра Македонского его империя раскололась. Египет достался его полководцу Птолемею I Сотеру (Спасителю). Он хотел сделать свою новую столицу, Александрию, центром торговли и культуры, превосходящим Афины.
Идеологическим вдохновителем будущей библиотеки стал афинский философ в изгнании Деметрий Фалерский. Именно он убедил Птолемея, что величие правителя измеряется не одним лишь золотом, а еще и знаниями. А воплотил проект в жизнь уже сын монарха, Птолемей II Филадельф.
Готовая библиотека стала частью большего комплекса — Мусейона, или Храма Муз. То была не читальня в современном понимании, куда мог прийти любой, а элитный исследовательский институт, аналог современного MIT, только с поправкой на III век до нашей эры. Ученые жили, ели и работали там на содержании царя, имея в распоряжении лекционные залы, обсерватории, столовые, сады и бесконечные стеллажи для свитков.
Амбициозные Птолемеи стремились собрать едва ли не все книги древнего мира. Их методы были порой бесцеремонными. Среди самых известных — «корабельная политика», о которой вспоминал римский врач Гален: каждый корабль, заходивший в порт Александрии, вынужден был отдать все книги на борту. В библиотеке их переписывали, владельцам возвращали копии, а оригиналы оставались в фондах.
Если доверять дошедшим до нас античным и средневековым источникам (например, свидетельством Иоанна Цеца), в библиотеке Александрии было от 40 до 400 тысяч свитков. Современные историки (например Роджер Бегнолл из Колумбийского университета) считают эти цифры завышенными и склоняются до максимум нескольких десятков тысяч. Впрочем, и такое количество для эллинистического периода было грандиозным: из-за переполнения главного заведения даже была создана дочерняя библиотека в храме Сераписа (Серапеум) в другой части города.
Но главным сокровищем Александрийской библиотеки были люди — настоящие рок-звезды тогдашней науки.
Первым главным библиотекарем был Зенодот Эфесский: он стал одним из основателей античной текстуальной критики, сверяя разные версии поэм Гомера, чтобы подготовить критически выверенный текст. Один из его преемников, Аристофан Византийский, упорядочил систему ударений, придыханий и ранней пунктуации, которая помогала правильно читать греческие тексты. Аристарх Самофракийский, в свою очередь, создал восстановленные редакции Гомера, легшие в основу современных изданий.
Поэт Каллимах из Кирены, хотя формально и не был главным библиотекарем, создал Пинаки (Таблицы) — первый в истории подробный библиотечный каталог на 120 свитках, который описывал каждое произведение и его автора.
Именно здесь, в Мусейоне, Эратосфен, третий глава библиотеки, математик и географ, смог вычислить окружность Земли с поразительной точностью, не покидая Египта — лишь сравнив тени в двух городах. Здесь Евклид писал свои Начала, формулируя геометрию. Сюда писал Архимед из Сиракуз, делясь чертежами своих машин. Есть даже легенда, что именно во время учебы в Александрийской библиотеке он изобрел свой винт Архимеда — насос для транспортировки воды.
Как Александрийская библиотека погибла
В коллективной памяти современников запечатлелась легенда о единственном пожаре, который мгновенно стер тысячелетия знаний. Но, как утверждает большинство современных историков, на деле же смерть Александрийской библиотеки растянулась на семь веков.
Книгохранилище стало жертвой далеко не одного исторического деятеля. Однако первый и, пожалуй, самый известный «подозреваемый» — это сам Юлий Цезарь. В 48 году до нашей эры римский диктатор оказался втянутым в династическую войну в Египте. Заблокированный в царском дворце Александрии флотом Птолемея XIII, Цезарь, по его же собственным свидетельствам в Записках о Гражданской войне, приказал сжечь корабли на верфях, чтобы они не достались врагу.
Огонь перекинулся на город. Античные авторы рисуют трагическую картину событий. Философ Сенека, ссылаясь на Ливия, утверждал, что в пламени сгорело 40 тысяч свитков. Плутарх в Жизни Юлия Цезаря прямо обвиняет последнего в уничтожении Великой библиотеки.
Однако современные исследователи относятся к версии с Цезарем скептически. Историк Лучано Канфора в своей книге Исчезнувшая библиотека предполагает, что, вероятнее всего, сгорели не здания Мусейона, а склады возле порта. Это могли быть свитки, предназначенные для экспорта, или, как считает гелленист Лайонел Кассон, транзитный склад книг, ожидавших каталогизации. Само учреждение и его ученые, вероятно, уцелели; более поздние источники, например Страбон, который работал в Александрии в 20-х годах до нашей эры, упоминают Мусейон как действующий институт.
По-настоящему сокрушительный удар римляне нанесли значительно позже. В 272 году нашей эры император Аврелиан штурмовал Александрию, чтобы вернуть ее из-под контроля сепаратистской империи Пальмиры. Бои шли прямо в центре города.
Как пишет историк Аммиан Марцеллин, район Брухион — царский квартал, где располагался оригинальный Мусейон, — был полностью разрушен и «превращен в пустыню». И в конце концов военная операция физически стерла с лица земли интеллектуальное сердце города. Ученые, которые еще оставались, пустились наутек. Это, вероятно, и был настоящий конец главной библиотеки Птолемеев.
Однако еще оставалась библиотека в Серапеуме. Она и стала новым центром знаний. Но вот дала о себе знать уже новая воинственная сила — христианство. В 391 году нашей эры император Феодосий I издал эдикт, запрещавший языческие культы. А Патриарх Александрийский Феофил, фанатичный борец с «идолами», получил императорское разрешение на разрушение храма Сераписа.
По свидетельству церковного историка Сократа Схоластика, толпа христианских фанатиков ворвалась в храм, разбивая статуи и грабя святыню. Они не искали свитки целенаправленно, но в хаосе этого идеологического погрома библиотека, хранившаяся в стенах храма, была обречена. Ее фонды были либо уничтожены в огне, либо разворованы, либо просто оставлены гнить.
Завершающий миф касается арабского завоевания в 642 году. Знаменитая история, впервые записанная только в XIII веке христианским писателем Бар-Эбреем (через 600 лет после события), рассказывает, будто халиф Омар приказал полководцу Амру ибн аль-Асу сжечь книги. «Если они согласуются с Кораном, они излишни. Если противоречат — они вредны», — якобы сказал он.
По легенде, после этого свитки шесть месяцев отапливали 4 тысячи городских бань. Однако современные историки, в частности Бернард Льюис, полностью отвергают эту историю как позднюю пропаганду против мусульман. К 642 году в Александрии уже просто нечего было сжигать. Большая библиотека давно превратилась в тень своего былого величия, уничтоженная огнем войны и имперским фанатизмом.
Потерянное наследие Александрийской библиотеки
Представить себе масштабы утраченного в Александрии — это все равно что пытаться восстановить Интернет по нескольким распечаткам из Википедии. Историки сходятся во мнении, что в хаосе упадка исчезли не просто тексты, а целые направления, которые могли бы изменить мир на тысячелетия раньше.
Пожалуй, самой драматичной является потеря настоящего «отца» гелиоцентризма — Аристарха Самосского. Мы привыкли считать Коперника революционером, но за 1800 лет до него, в 3 веке до нашей эры, александрийский астроном выдвинул гипотезу, что Земля вращается вокруг Солнца.
Историкам об этом известно из одного уцелевшего текста — да не абы какого, а Псаммита (Вычисление песчинок) Архимеда. Великий сицилиец, также связанный с Александрией, вскользь упоминает своего коллегу: «Аристарх из Самоса выдвинул гипотезы, из которых следует, что Вселенная гораздо больше. Он предполагает, что неподвижные звезды и Солнце остаются неподвижными, а Земля вращается вокруг Солнца по кругу».
Тот самый труд Аристарха, где он, очевидно, математически обосновывал свою модель, бесследно исчез. До нас дошло только его другое произведение — О размерах и расстояниях Солнца и Луны.
Не сохранилась и Географика в трех томах, которую создал главный библиотекарь Эратосфен (тот же, что вычислил окружность Земли). Как отмечает историк Дуэйн Роллер, это могла быть первая научная попытка создать карту известного мира (ойкумены) с параллелями и меридианами. Вполне возможно, что Эратосфен систематизировал все, до чего мог дотянуться — от отчетов экспедиций Александра до бортовых журналов мореплавателей.
О стараниях библиотекаря мы знаем разве что по Географии Страбона, написанной на 200 лет позже. Римлянин сохранил для нас метод Эратосфена — но вот сама карта, которая могла содержать знания о материках выше средневековых представлений, ушла в небытие.
Стоит вспомнить и Герона Александрийского (1 век н.э.), изобретателя, работавшего при Мусейоне. Его труды, в частности Пневматика, частично сохранились. Именно там описан эолипил — прототип паровой турбины, шар, который вращался под действием пара.
Астроном и популяризатор науки Карл Саган в своем сериале Космос высказал гипотезу: а что если мы потеряли не сам эолипил, а практические пособия Герона? Что как в Александрии существовали чертежи паровых двигателей для реальных задач — открытия храмовых дверей, подъема грузов или даже движения механизмов? Саган предполагал, что если бы этот техноимпульс не был утрачен, промышленная революция могла бы начаться еще в Римской империи.
С другой стороны, историк Роджер Бегнолл наоборот предостерегает от преувеличения роли одного пожара. Однако если взять за основу худший сценарий древних событий, то можно предположить, что огонь пожер и науку, и «душу» периода эллинизма — то есть литературу и историю. Мы имеем лишь 7 из 120 пьес Софокла, потеряли почти всю лирику Сапфо, которая в Александрии хранилась в девяти томах. Навеки исчезли целые эпосы, например комический Маргит, который приписывался Гомеру. Возможно, если бы Александрийская библиотека уцелела, то вместе с ними.
А еще с течением времени исчезли собрания знаний целых цивилизаций. Те же Вавилоника жреца Бероса и Египтика историка Манефона — монументальные труды с описанием тысячелетней истории и мифологии Месопотамии и Египта. Они существовали только в нескольких экземплярах: по некоторым спекуляциям главный был именно в Александрии.
До нас дошли разве что фрагменты тех наработок, цитируемые другими авторами, например Иосиф Флавий. Но даже эти остатки дали колоссальное понимание: например, до сих пор мы частично используем Манефонову систему разделения египетской истории на 30 династий.
Как отмечает египтолог Джеймс Гофмайер, современное человечество изучает Египет по иероглифам, но потеряло полный нарратив, который сами египтяне написали о себе для остального мира. В том числе и потому, что пожар в Александрии стер целую память эпох.
Александрийская библиотека жива?
Но хоть физически старая библиотека давно исчезла, сама ее концепция знаний со всего мира, собранных в одном месте, успешно дошла до наших дней. Сегодня дух Мусейона жив, и он воплотился в формах, которые бы его основатели не могли представить.
Буквальным наследником является Библиотека Александрина — современная библиотека, открытая в Александрии в 2002 году как международный проект при поддержке ЮНЕСКО. Здание, спроектированное норвежской фирмой Snøhetta, представляет собой гигантский наклоненный диск, обращенный к морю — архитекторы толкуют его как «восходящее солнце» и видят в нем метафору цикличности знания.
Внутри же расположен не только гигантский каскадный читальный зал (самый большой в мире), но и планетарий, музеи и исследовательские институты. Вот он, современный Мусейон!
Другой формой воплощения мечты Птолемеев стал интернет — как существующее уже более 50 лет хранилище знаний, так и конкретный Internet Archive, основанный американским изобретателем Брюстером Кейлом в 1996-м. Сам он неоднократно подчеркивал свою цель создать «новую Александрийскую библиотеку».
Побывать же в старой, хоть и понарошку, позволяет видеоигра 2017 года Assassin’s Creed Origins. Для воссоздания Александрии времен Клеопатры разработчики из Ubisoft даже консультировались с египтологом Жаном-Клодом Гольвеном. Игроки могут зайти в Великую библиотеку, блуждать по ее мраморным залам и наблюдать за учеными, спорящими у стеллажей. А в специальном образовательном режиме Discovery Tour игра превращается в интерактивный музей.
История медленной смерти Александрийской библиотеки учит нас, что знание погибает не только от огня, но и от недостатка финансирования, политических чисток, идеологической цензуры и общественной апатии. Человечество возвело новую глобальную библиотеку в интернете. Но угрозы для нее такие же реальные, как и те, что разрушили ее каменный прототип.
